„Маруся“ 2013

Marussia (Берлинале 2013)

Алек:

Это фильм про маленькую девочку Марусю и ее маму, которые живут в Париже и не могут вернуться в Россию, потому что у них нет денег.

Имя Маруся записано так, что получается почти „My Russia“, по-английски это „Моя Россия“.

Фильм – наполовину выдумка, наполовину правда. Настоящее имя девочки Мари-Изабель, она на самом деле бездомная. И настоящая Марусина мама вправду бездомная, но в фильме ее играет актриса.

Марусе было 6 лет, когда снимали фильм, и она играла очень хорошо. Получилась бесстрашная девочка – ничего не боится, может даже пойти ночью на брошенную детскую площадку. Иногда Маруся послушная, иногда капризная. Но она не ноет, не просит игрушки, она почти как взрослая.

Я смотрел фильм „Окно в Париж“, там тоже дети решили остаться в Париже. Я был в Париже, ночью Эйфелеву башню подсвечивают, это красиво. В фильме „Маруся“ Париж не очень красивый… Я бы не хотел жить там. Нет денег, ночью страшно – я бы не смог жить бездомным.

Жить как Маруся я бы не смог. Но я бы действовал, как она, только, наверно, я бы удержался и не попросил кролика. Ведь из-за кролика пришлось остаться в Париже, без дома. У Маруси и мамы, наверно, есть дом в России… Я бы захотел кролика уже в России.

Мне кажется, это фильм для взрослых, или для тех, кому 15. Там были взрослые шутки, я их не всегда понимал. Мама Маруси в фильме влюбляется в каких-то мужчин и идет с ними, потом обижается на них и уходит от них… И еще фильм очень печальный.

Детям не надо бы смотреть печальные фильмы, потому что у них появляется чувство вины от того, что им хорошо, а кому-то плохо. Думаешь, что надо помогать бездомным, давать им деньги на еду, на квартиру. А денег нет… И тогда появляется такое чувство, что и ты такой же, как эти бездомные…

Аня:

Этот фильм русско-французский. Маруся и ее мама русские, а живут они во Франции.

В фильме мало что выдумано. Мама и дочка бездомные в фильме и в жизни. Девочка Маруся в фильме играет саму себя, а маму играет актриса. .

Выдумана история с черным кроликом, которого мама купила Марусе. В жизни было немножко по-другому. У Маруси и мамы на самом деле был был не кролик, а кот. Но их и в самом деле не пустили в самолет, потому что не было нужного документа для кота.

После фильма все дети побежали к Марусе за автографом. А мне фильм совсем не понравился.

Я не всегда верила, что все так, как в фильме показано. Кролика Маруся посадила в рюкзак, но на самом деле он бы там умер, ему бы не хватило воздуха. И еще я не верю, что могут выгнать из приюта только потому, что одну ночь там не ночевал.

Когда я смотрела этот фильм, я ничего не чувствовала. Наверное, я должна была переживать за Марусю и маму, у которых такая бедная и скучная жизнь. А у меня не было никакого сочувствия. Наверное, потому, что я не знаю, чему можно верить, а чему нет.

Елена:

„Маруся“ держит зрителя, завораживает.

Бездомный ребенок не озлобленный, не агрессивный, не испуганный. не потерянный – чистый и светлый, открытый маленьким радостям. Отражение настроя мамы…

Спокойствие бездомной Люси – загадка. Легче отбросить неверные ответы, чем найти правильный. Она беззаботна? Нет. Верит, что ей в конце концов воздастся по талантам? Нет, и это не то. Целеустремлена? Нет. Не знает, что делать, подчиняется ходу вещей, сама не знает, чего хочет? Нет, нет, нет. В ней есть тихая твердость, нечто такое, что дает силы отбрасывать неприемлемое и находить необходимое, довольствоваться малым и с благодарностью принимать невероятное. „Моя жизнь здесь,“ – она нашла свое место; поколение, читавшее Кастанеду, поймет, что это значит.

Сила фильма не в том, что он знакомит с жизнью бездомных. Конечно, фантазия расходится с реальностью: та „жестче“, сказала на презентации фильма в Берлине настоящая мама бездомной малышки, прототип Люси. Она не спорит с режиссером (Евой Перволовичи) – благодарна ей за чудо преображения: „Теперь у нас есть свой Кустурица“. Невыносимое фильм превращает в легкое, тяжесть в нежность, жизнь – в волшебную сказку.

„Обман“ искусства несет свою правду. Она в том, что зрителю подарено экзистенциальное переживание, настрой, помогающий идти по жизни – и ценить ее. Несмотря ни на что.


Реальность…

Она сказала: жизнь жестче и страшнее, волшебница Ева превратила ее в сказку, теперь есть свой Кустурица. Маруся родилась в Париже, там и надо было остаться, не было бы проблем, но уехали, в 4 года не удавалось устроить в садик… Тогда и увезла в Париж — Маруся пошла в муниципальный садик. В Париже без бумаг легче, чем с бумагами в России. Везде побывала, и в Каннах, писала. Бывало, экономили, а потом покупали 2 мешка устриц, все надо попробовать. Деньги – субстанция счастливых, появляются у тех, кто счастлив.

Выброшены от подруги, из соцжилья (где всего лишь раз не заночевали), ночуют у священника, у случайных знакомых, в кинотеатре, в ночлежке, у бомжа. (Вопрос Алека: надо было снимать настоящих? Другой вопрос о застенчивости девочки: хотела сниматься? А Аня не заинтересовалась…) Аня хотела в школу — и даже не зашла внутрь!

Друзья в Париже пропускают на праздники: Полунин и снег-бумажки… А она, как и Маруся, рада мелочам, рада роликам и покупает кролика, жертвуя ночевкой в отеле.

Желтые колготки и лиловые сапожки, черно-белая шубка из искусственного меха и пестрый „русский“ платок.

Отчего не идет работать, не отдаст Марусю? „У меня лучшие планы“. „Я не могу работать бэбиситтером, у меня же Маруся. Как же я без нее жилье найду?“

Не без диктата, властного подчинения ее жизни. Ну, они пока одно.

Почему в Россию не едет? Моя жизнь здесь… Кролик черный помешал.

Загадка ее спокойствия. В фильме не беззаботна, не целеустремлена и не принципиальна, не уперта в идее, что бог воздаст или что талант откроют. Может протестовать (против контроля над жизнью), сопротивляться (разлуке с М.), решать и отказываться от возможностей (положить Марусю в больницу, взять у „мецената“, любящего красивое, деньги на операцию). Не вера же (нести крест, принимать долю, верить в то, что подхватят). Все меньше ждет счастья. Не выходит из себя и не поступается важным. Тихое пламя знания себя, соответствия своему какому-то пути: отбрасывать неприемлемое, находить необходимое, с благодарностью принимать невероятное и довольствоваться небольшим. Даже если не может думать и говорить об этом.

Экзистенциальное и детское.

Нина Садур.

Я должна бы уверовать в свет – а ловлю солнечных и лунных зайчиков. Отсветы, блики, лучики, свечение, марево. Не лампадка – лава, спичка, печка, птичье сердечко…